1820 год

Гляжу, как безумный, на черную шаль,
И хладную душу терзает печаль.

Когда легковерен и молод я был,
Младую гречанку я страстно любил;

Прелестная дева ласкала меня,
Но скоро я дожил до черного дня.

Однажды я созвал веселых гостей;
Ко мне постучался презренный еврей;

"С тобою пируют (шепнул он) друзья;
Тебе ж изменила гречанка твоя".

Я дал ему злата и проклял его
И верного позвал раба моего.

Мы вышли; я мчался на быстром коне;
И кроткая жалость молчала во мне.

Едва я завидел гречанки порог,
Глаза потемнели, я весь изнемог...

В покой отдаленный вхожу я один...
Неверную деву лобзал армянин.

Не взвидел я света; булат загремел...
Прервать поцелуя злодей не успел.

Безглавое тело я долго топтал
И молча на деву, бледнея, взирал.

Я помню моленья... текущую кровь...
Погибла гречанка, погибла любовь!

С главы ее мертвой сняв черную шаль,
Отер я безмолвно кровавую сталь.

Мой раб, как настала вечерняя мгла,
В дунайские волны их бросил тела.

С тех пор не целую прелестных очей,
С тех пор я не знаю веселых ночей.

Гляжу, как безумный, на черную шаль,
И хладную душу терзает печаль.

* * *
Стихотворение было написано Пушкиным через месяц после приезда в Кишинев, в октябре1820 года. Это было второе (после "Дочери Карагеоргия") произведение, написанное поэтом в Молдавии. 14 ноября 1820 года Пушкин пишет окончательный беловой автограф, найденный и опубликованный, кстати, в 1936 году.
В журнальной публикации Пушкин сопровождал текст подзаголовком "Молдавская песня". Народный оригинал ее не найден.

"Черная шаль" стала одной из самых популярных в народе песен. В 1824 году близкий знакомый Пушкина композитор А. Н. Верестовский положил "Черную шаль" на музыку, и она в виде кантаты с успехом исполнялась в столичных театрах лучшими артистами, в том числе М. С. Щепкиным. Более того, "Молдавская песня" стала народной (!) и в России. В "Литературных листках" напечатано письмо "Господину издателю "Литературных листков" за подписью К. П. (Кс. Полевой), где упоминается о популярности романса Верстовского "Черная шаль" среди русского общества. В журнале "Московский телеграф" отмечается, что "Песни Пушкина сделались народными: в деревнях поют его "Черную шаль". В одном из своих писем А. Карамзин (сын того самого Карамзина) сообщает о том, что "девки в Красном селе валяют черную шаль".